Порой творческие истоки того или иного проекта бывают не только весьма отдалены по времени от дней нынешних, но и порой весьма причудливо переплетены между собой.
Но еще более удивительно то, что на этот симбиоз может оказывать благотворное влияние еще и…геометрия.

Хотя как раз простор для творчества, – а также бережное отношение к истории и к памяти – вовсе не определяется в архитектуре какими-то геометрическими размерами. Но может послужить толчком для фантазии.

И вот характерный пример. Именно сравнительно небольшой размер участка на одном из петербургских погостов как раз подсказал нам интересное смысловое и композиционное решение для создания надгробия.

Речь идет о памятнике, который нас попросил разработать настоятель Петропавловского собора и председатель Санкт-Петербургской Епархиальной комиссии по архитектурно-художественным вопросам архимандрит Александр (Федоров) для установки на могиле его мамы, погребенной на Серафимовском кладбище.

Задание было сколь ответственным, столь и почетным. Ведь Мария Александровна Федорова не только сама являлась профессиональным архитектором, но и была супругой именитого ленинградского зодчего Николая Николаевича Баранова (гостиница Прибалтийская – один из его знаковых для города авторских проектов).

И в итоге в нашем архитектурном бюро «Тектоника» была создана целая скульптурная композиция, украсившая захоронение. Она состоит из трех элементов. Первый – это установленный на стеле и решенный в стилистике античных надгробий крест с подножием в виде волюты и пальметты (орнамента, символизирующего пальмовую ветвь с веерообразно расходящимися листьями).

Напротив этой композиции мы расположили скульптуру ангела со свитком в руках. При этом в изображении посланника небес использованы мотивы, свойственные древнерусской иконографии, но в современном ее прочтении.

Важный нюанс: ангела создал по нашему проекту известный петербургский скульптор Олег Шоров, автор многих великолепных работ: в частности, величественного монумента князьям Олегу и Рюрику в Старой Ладоге, который стал уже чуть ли не одним из символов этого древнего города.

Причем, скульптурное изображение ангела он сначала создал из пластилина, затем – из гипса, и лишь потом перевел его в гранит, используя одновременно два вида обработки камня: полировку и шлифовку. Что наделило скульптуру еще большей объемностью.

Кстати, вся композиция выполнена из самого светлого гранита – мансуровского. Его особенностью является редкий и очень красивый светло-серый (почти белый) цвет с зеленоватым оттенком. Это сочетание придает мелкозернистой структуре камня особую «воздушную неподвижность».

И, между прочим, это же относится и к визуальному восприятию подножия креста: филигранно вырезанные из этого гранита волюты и пальметты вкупе с его необычным цветом дают яркий зрительный эффект.

Ну а своеобразным связующим звеном между фигурой и крестом стал небольшой изящный цветник.

В результате получилось очень самобытное и крайне органичное сочетание античности, древнерусской иконописи и современной мемориальной архитектуры.