Санкт-Петербург, Университетская набережная, 17. Итальянский зал института им. И.Е. Репина
27 января – 2 февраля 2010 г.
У каждого художника, и в том числе архитектора, при условии ответственного отношения к собственному таланту, несомненно, существует своя, единственная, главная тема. Кирилл Яковлев в этом случае – не исключение, даже несмотря на то, что его творческий путь совсем недолог. Удивительно, но ему как-то сразу, еще в годы учения, удалось выработать собственную позицию.
К.Яковлев – последовательный, принципиальный ретроспективист. При этом основной для данного направления принцип наследования, исторической памяти, обретает в его творчестве весьма конкретные очертания, проявляясь в особой приверженности классике и традициям православного храмоздательства. Разумеется, это вовсе не означает категоричного неприятия современных технологий в области конструкций, строительных и отделочных материалов. Однако, в отличие от множества примеров современной практики, их роль не является определяющей – они служат лишь одним из вспомогательных средств на пути к созданию целостного архитектурного образа. В немалой степени достижению этой цельности способствует исповедуемый К.Яковлевым принцип синтеза искусств.
В то же время сам «исторический материал» не воспринимается им в качестве некой догмы, но, напротив, подвергается свободной, подчас очень смелой интерпретации. Существенную роль играет для архитектора и тот контекст, в котором предстоит появиться новому объекту, – нередко именно он предопределяет выбор стилистики, масштаба, объемно-пространственного решения.
Показательно, что преклонение перед традицией находит свое воплощение не только в архитектурных формах, но и в самом способе работы над проектом – в частности, предпочтении рукотворной графики цифровому «рисунку». По мнению К.Яковлева, именно такой метод позволяет более тонко ощутить поставленную задачу и найти в итоге наиболее органичное, оптимальное решение. (Этот, можно сказать, культ архитектурной графики, безусловно, унаследован архитектором от мастеров первой половины XX столетия.)
Творческий диапазон К.Яковлева уже сейчас достаточно широк: в сферу его творческих интересов входят и отдельные крупные постройки, и малые формы, и проекты по приспособлению и реставрации.
Особое внимание уделяет архитектор церковному зодчеству. Из числа работ подобного рода в первую очередь обращают на себя внимание проекты Православно-просветительского центра в поселке Кузьмоловский, увенчанного громадой столпообразного пятиглавого собора; приходской церкви в поселке Горбунки близ Стрельны, в облике которой ощутим легкий привкус византийского зодчества; деревянной шатровой церкви Покрова Пресвятой Богородицы при Академии МВД на Петергофском шоссе; камерной «усадебной» церкви в поселке Репино. Эти и некоторые другие проекты свидетельствуют об особом пристрастии К.Яковлева к крупной, монументальной форме, вертикализму объемно-пространственной композиции, компактным, рациональным планировочным решениям.
Причем, каждый проект отмечен какой-либо интересной творческой находкой. Таковы боковые главы-башни собора в Кузьмоловском; крупные полуциркульные зонтики в завершении ризалитов церкви в Горбунках; увенчанный шатровой звонницей восьмерик на восьмерике храма при Академии МВД; симметричные относительно главного, северного, фасада западная и восточная апсиды ампирного храмика при Областной больнице на Выборгской стороне; функционально удобная терраса с фонарями и диагонально расположенная звонница церкви в Репино и многие другие.
Исключительно условиями градостроительного контекста продиктовано объемно-планировочное решение храмов при Академии МВД и Областной больнице. В первом расположение на небольшом мысу бывшего усадебного пруда предопределило обращение к формам русского деревянного зодчества, вертикальную ориентацию объема и нетрадиционное устройство входов. Во втором сугубо утилитарный вид больничных корпусов спровоцировал разработку проекта в стилистике классицизма, в то время как положение отведенного участка – упомянутую двухапсидную композицию. Характером архитектуры кафедрального собора обусловлен также мотив открытой кирпичной кладки, использованный на фасадах здания Епархиального управления в городе Кургане.
Примерами контекстуального подхода могут служить и менее монументальные проекты алтарной преграды для амстердамской базилики святителя Николая Чудотворца и ограды с воротами для петербургского Новодевичьего монастыря. Попытка соотнести новый объект с историческим окружением – Казанским собором и знаменитой решеткой соборного сквера – очевидна также в эскизном проекте памятника А.Н.Воронихину, выполненном совместно со скульптором Ю.Гоголь.
Деликатным отношением к исторической постройке отмечены две другие работы: проект реставрации бывшей трапезной церкви Мальского монастыря – памятника псковского зодчества XVI века и проект реконструкции церкви Преображения Господня в Лесном – по-своему уникального произведения «национального стиля» последней трети XIX столетия, радикально перестроенного в годы советской власти. Кроме того, К.Яковлев – один из авторов проекта, связанного с воссозданием интерьера храма Санкт-Петербургских Духовных школ.
Тема памяти находит свое воплощение и в ряде других, еще более камерных, произведений. Так, надгробие архитектора Н.Н.Баранова украшает барельеф с изображением главного произведения мастера – гостиницы «Прибалтийская», явственно отсылающий к барельефу на надгробном памятнике его именитого предка – А.Н.Воронихина. Очевидными античными реминисценциями отмечено надгробие родителей архитектора В.В.Николя – автора здания Санкт-Петербургской консерватории, зодчего периода поздней эклектики. Своего рода кенотафом служит памятный знак великим князьям Дома Романовых, невинно убиенным в 1919 году на территории Петропавловской крепости. В память о них по проекту Д.Липовцева и К.Яковлева, уже создана мемориальная доска для Великокняжеской усыпальницы. Другая доска, в память профессора В.М.Угрюмова, установлена на главном фасаде петербургского Нейрохирургического института имени А.Л.Поленова.
Помимо собственно архитектурных произведений особо обращают на себя внимание рисунки архитектора (например, итальянские зарисовки или эскизы иконостасов), выполненные карандашом в свободной, очень энергичной манере. Думается, именно в них проявился подлинный темперамент автора, пока еще не до конца реализованный в его архитектурных замыслах.
Впрочем, важнее сейчас отметить иное. Творчество Кирилла Яковлева неразрывно связано с живой традицией академической школы. И в этой крепкой, осознанной связи видится залог его дальнейшего профессионального успеха. Поэтому единственное, что необходимо пожелать К.Яковлеву как архитектору, – это твердо и планомерно следовать изначально избранному пути. А остальное, как говорится, приложится.
А.Е.Белоножкин,
кандидат искусствоведения
